Фото-проекты

Натальи Дубовик

BIO

Natalia Dubovik
Based in St. Petersburg, Russia.​

Natalia is a photographer interested in cross-cultural and history related issues of modern society.

After having graduated as a linguist and lived in the USA she became interested in interconnections of cultures and mentalities, peoples and languages.
In 2016 she graduated from the Fotografika, Academy of Photojournalism and Documentary Photography in Saint Petersburg, Russia and since then she is working on her personal photography projects.

Her work is centered around historical heritage of Russia and personalities whose influence on the modern world culture is crucial but underestimated.
She builds close emotional connection with the long gone past and revives her contemplations of history in the present identity.

She is fluent in Russian, English and French.
background
Фото-проекты

photo stories

A Feeling of home (collective exhibition )

Чувство дома (коллективная выставка)

Elevator pitch relationships

Hope || Secret life of stuffed animals

My Someone Else's Memories ||Чьи-то мои воспоминания

Присвоение чужих воспоминаний и переосмысление памяти.

Процесс съемки - это путь к пониманию чего-то, что занимает и не оставляет в покое. Я снимаю эту серию в попытке почувствовать прошлое, осознать историю. Я работаю гидом, и когда я готовлюсь к экскурсии, мне важно не узнать какие-то даты и события, а почувствовать атмосферу эпохи, а когда я веду экскурсию, не менее важно передать эту атмосферу. Для этого я читаю не учебники истории, а мемуары и воспоминания современников событий, которые меня интересуют, я ищу параллели в искусстве: в живописи и литературе. Меня интересует, как соотносится жизнь отдельного человека с историей общества, как он переживает то, что происходит вокруг.Работая над этой серией, я разговариваю с прошлым и о прошлом. Я присваиваю чьи-то воспоминания «о целой культуре, с тех пор "официально" исчезнувшей, однако на самом деле продолжающей оставаться самим фундаментом жизни Петербурга».В проект я включила серию фотографий, которые перемежаются фразами из воспоминаний человека, который жил в к. XIX - н. XX в. Мне кажется, что здесь даже не важен их порядок, их можно пустить в произвольном сочетании и наблюдать за тем, какие ассоциации это вызовет.Это очень личное медитативное путешествие в ретроспективные мечты.

Полную серию можно посмотреть на отдельном ресурсе


Appropriation of somebody else's recollections and reconstruction of the memory

Please follow the link to see the full story

Russian Idyll
Русская Идиллия

I am working on this series in an attempt to feel the past, to realize my country’s history. I’m talking to the past and about the past. I appropriate someone else's memories of “the whole culture, which since then" officially " disappeared,  but in fact it continues to be the very foundation of St. Petersburg's life. ”I am interested in how the life of an individual relates to the history of the whole society, how a person experiences what is happening around him. That series is a romantic illustration of my own fictional image.  It is a dream, an apparition in which I envision a cozy manor or a country house, and make a reconstruction of my perfect sun-drenched world of a long gone Russian home. A certain atmosphere and lifestyle that existed in Russia before the 1917 revolution was destroyed and the very essence of it - people - were forced out of their homeland and out of comfort. My notion of a perfect home is based on spiritual connection with the past that appeared in my retrospective dreams. My mind, or maybe my subconsciousness, has created an image of home based on phrases from books and letters.
My inner encounter with the collective memory of pre-revolution, pre-émigré  experience is reinforced by the memoirs of Russian intellectuals, by parallels in art and literature of the 20th century. 
While appropriating those recollections I reassemble collective memory in my mind and reinvent my identity by manifesting it through images. 

Я работаю над этой серией в попытке почувствовать прошлое, осознать историю. Это путь к пониманию феномена белой эмиграции (или Русской эмиграции первой волны), который занимает и не оставляет в покое. Меня интересует, как соотносится жизнь отдельного человека с историей общества, как он переживает то, что происходит вокруг. Я разговариваю с прошлым и о прошлом, я присваиваю чьи-то воспоминания «о целой культуре, с тех пор "официально" исчезнувшей, однако на самом деле продолжающей оставаться самим фундаментом жизни Петербурга».Внутренняя встреча с коллективной памятью домигрантского опыта подкрепляется мемуарами русской интеллигенции, параллелями в искусстве, живописи, литературе 20 века. В ходе процесса апроприации воспоминаний  я пересобираю коллективную память в своем сознании и заново изобретаю собственную идентичность, манифестируя ее через изображения.
На данный момент в серию вошли снимки, презентующие собирательный образ идеального дома, сконструированный моим сознанием на основе фраз из мемуаров и писем, на основе духовной связи, возникшей в моих ретроспективных видениях.

В залитой солнечным светом комнате двое сидят в удобных креслах, их разговор так же легок, как пылинки, парящие в косых лучах.
Двое жмурятся от бликов, которыми солнце играет в венецианских стеклах и кружевных занавесках. Дуняша вносит раскаленный самовар и вынимает из буфета полупрозрачные фарфоровые чашки, вишневое варенье и цукаты на блюдечке. Потом она идет в сад, чтобы позвать детей и бонну пить чай. Из окон льется оглушительная птичья трель ...и я просыпаюсь.

A couple is comfortably sitting in a room bathed in sun light. Their conversation is as light as tiny specks of dust that are floating in bright rays of sun piercing the room. They are squinting at the glare coming through the intricate lace curtains and Venetian glass. Dunyasha brings in the steaming samovar, takes translucent china cups, cherry jam and candied fruits on a saucer out of the cupboard. Then she calls children and their nanny out from the garden to come and have some tea. A loud bird trill fills the room ... and then I wake up.

Чувство Дома
(коллективная выставка)
||
That Feeling of home
(collective exhibition)

2017

Elevator pitch relationships  || Насильная близость

Когда случается такое трагическое событие, как крушение самолета, в котором погибают много людей, я начинаю думать о том, что каждый из них мог быть моим другом или знакомым, что я могла ехать с ним в метро, в сидеть за соседним столиком в кафе, стоять в очереди в книжном. А в то же время, вокруг меня много случайных, мимолетных отношений, в которые я не вникаю, не вмешиваюсь.
Я живу в многоэтажном доме, езжу в лифте с людьми, которых не знаю. Я могу с ними здороваться или нет, но ближе они мне от этого не становятся. Мне захотелось это поменять. Для меня стало важным сделать их ближе. Может быть, это поддельная, насильная близость, но мне очень хотелось наладить невидимую связь с попутчиками, вжиться  в роль их  сестры, подруги, дочери, внучки.Когда я делала наши общие автопортреты, я просила своих попутчиков закрыть глаза и восстановить в памяти мое лицо, которое они до этого разглядывали. Тогда я нажимала на кнопку затвора во второй раз.Это близкие - не близкие люди.
(проект начат как реакция на крушение самолёта в ноябре 2015г, в котором погибли более ста человек)

I started this series as a reaction to the airplane crash that killed more than 100 people in November of 2015. It is my personal way of coping with the tragic event. Having read the news I started thinking about those people who had vanished. I might have known them: maybe we were sitting next to each other in the cafe or picking books at the same bookshop or even met in person some time ago. And now they are gone, there is no chance to see them again. Then I realized that there are a lot of random fleeting relationships around me. Relationships that I don't  participate in, don't interfere.
I live in a high-rise building, I daily ride in the elevator with people whom I barely know. I can say hello to them or not, but they don't become any closer to me. I decided to change this. I wanted to make them closer. So I started riding the elevator and taking pictures with my neighbors. Maybe it's a fake, forced intimacy, but I really wanted to develop an invisible bond with fellow "travelers", get used to the role of their sister, girlfriend, daughter or granddaughter.When I made our self-portraits in the elevator, I asked my companions to close their eyes and try to reconstruct my face in their minds. Then I pressed the shutter button for a second time.

Hope/ Secret life of Stuffed animals

My story aims to show how inhabitants of Saint Petersburg sleeping quarters beautify their yards thus hoping to change the reality.In a metropolis people reconsider their attitude to the urban space or change the urban space trying to expand their comfort zone. In cramped conditions of multistoried apartment blocks residents tend to eliminate a boundary between the personal and the public. They "domesticate" the hallways and courtyards creating something more comfortable and familiar. It is an attempt to make faceless post-soviet architecture cozier and more recognizable, but less common and chaotic. Those are small steps towards reality transformation.
I live outside the historic city center, in one of the sleeping quarters to the North of the city. Every day on my way to the metro I pass by bizarre creations: stuffed animals propped high in the trees or nailed to the branches, tigers and unicorns peeking from the snow piles. They are pieces of fairy tales that want to come alive and to make the not-so-beautiful-surroundings of apartment blocks feel like home.


В условиях мегаполиса люди меняют свое отношение к городскому пространству или меняют городское пространство так, чтобы расширить свою зону комфорта. В стесненных условиях спальных районов жители стремятся стереть жесткую границу между личным и общественным, они "одомашнивают" свои дворы и парадные.Люди пытаются украсить серые типичные дворы, создать что-то яркое и запоминающееся. Это надежда на то, что безликая постсоветская архитектура  станет более уютной и знакомой. Это маленькие шаги в  сторону изменения реальности.
Я живу на севере Санкт-Петербурга, далеко от исторического центра. Заметив однажды сиреневого единорога под окнами дома, я решила прогуляться по району. Почти в каждом дворе я находила самодельные инсталляции и сказочные сценки, сделанные жильцами.Чем дальше от метро - тем более сюрреалистичными и забавными становились сценки. Это были игрушки, прибитые к деревьям или посаженные на стулья прямо у подъездов, раскрашенные избушки и припорошенные снегом обезьяны и тигры. Летом я обнаружила еще больше объектов так называемого ЖЭКарта, которые до этого были скрыты сугробами.

Craftum Создано на конструкторе сайтов Craftum